Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Содержание

Почему многие врачи носят татуировки с посланием «Не реанимировать»: страшная истина

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Почему многие врачи носят татуировки с посланием «Не реанимировать», «Не откачивать» — может, они не верят в силу современной медицины? Это не совсем так. Врачи спасают жизни, они видят смерть и страдания. Врач скорой помощи обязан оказать помощь любому человеку – хоть миллионеру, хоть нищему. Почему же он отказывается, чтобы кто-то помогал ему?

Кулоны и тату с надписью «Не откачивать»: почему врачи выбирают смерть?

Каждый доктор (особенно, если он хирург онколог или травматолог) сталкивается в своей практике с летальными исходами. Врач – это обычный человек, который ежедневно ходит на работу. Его должностная инструкция проста: спасать жизнь и беречь здоровье человека.

Каждый врач осознает, что на месте своего пациента когда-нибудь может оказаться он. И спасать его будет обычный человек, такой же врач. Не всесильный, не всезнающий, не всемогущественный. Который, подобно ему, знает, что ожидает человека после приступа, инсульта или в результате аварии.

Например, когда остановилось сердце или когда произошла клиническая смерть.

А знаете ли вы, что шансы в этом случае выжить очень малы? И даже, если человек выживет, он не сможет вернуться к нормальной жизни и уйти из больницы на своих двоих? А еще – во время непрямого массажа сердца пациенту могут сломать ребра, чтобы спасти его жизнь. Врачи все это прекрасно знают и хотят уберечь себя и своих близких от подобной участи.

Они видели столько страданий, боли и мучений, что не хотят подобного для себя. Они отлично разбираются в тенденциях и возможностях современной медицины, знают, сколько это будет стоить и во что их кратковременная реанимация выльется для их родственников. Вот почему врачи носят кулоны и тату с надписью: «Не откачивать».

Они не хотят, чтобы их вернули к жизни, которая потом будет неполноценной.

«Не реанимировать»: врачебная тайна раскрыта

Все же некоторым до сих пор невдомек, почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать. Ведь врач оказывает помощь другим людям, не спрашивая, хотят они этого или нет. Врачи делают все возможное, чтобы спасти жизнь. Для кого-то это работа, для кого-то призвание.

Некоторые врачи желают получить солидную денежную компенсацию от родственников и близких пациента. Однако для себя врачи упорно не хотят использовать все возможные и невозможные методы, чтобы выжить. Врачи предпочитают уйти спокойно и достойно, чем остаться инвалидами. Врачи не желают мучиться. Они не циники и не трусы.

Они очень любят своих близких и понимают, через какие испытания необходимо пройти человеку, чей родственник потерял способность двигаться.

Даже если врач принимает меры по спасению человека, он не знает, какой будет конечный исход. Но он знает, сколько потребуется мучений, денег и физических усилий со стороны родственников, персонала и самого пациента. Вот почему врачи носят кулоны с надписью, предупреждающей не реанимировать их. Люди без медицинской практики могут посчитать это решение кощунственным и эгоистичным.

Однако простые люди слишком идеализируют возможности медицины. Ведь человек может быть смертельно болен или слишком стар, чтобы бороться за жизнь, а отчаянные пробы привести его в чувства принесут ему адские боли и нестерпимые ощущения в его последние минуты. Врачи все это знают, и поэтому просят не реанимировать их.

А не потому, что считают себя единственными светилами и никому не доверяют.

Почему врачи, умирая, отказываются от реанимации? Один знатный доктор из США рассказал историю своего наставника, врача, которому поставили диагноз «Рак поджелудочной». Мужчина имел возможность воспользоваться услугами одного из лучших хирургов страны, однако он отказался.

Он оставил работу, ушел из больницы и больше никогда там не появлялся. Оставшиеся несколько месяцев своей жизни бывший врач-ортопед посвятил своей семье. Почему же он отказался от операции, химиотерапии и квалифицированного лечения? Дело в том, что мужчина знал, что его шансы прожить после операции хотя бы 5 лет равны 15%.

Однако при этом он будет обузой для своих родственников и близких. Он не хотел такого ни для себя, ни для родных. Врачи желают уйти достойно, без потери самообладания и здравого смысла.

Они уверены, что забота и внимание, а также возможность пациента нормально реагировать на присутствие близких – это самое лучшее, что может случиться с человеком в его последние дни. Именно это есть их врачебная правда.

yali

Источник: https://nauchitsya-sdelat.ru/pochemu-mnogie-vrachi-nosyat-tatuirovki-s-poslaniem-ne-reanimirovat/

Почему врачи носят татуировки

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Ежедневно доктора Земного шара борются за жизнь сотен, тысяч пациентов. Они делают все возможное и невозможное, чтобы победит смерть, вытащить больного буквально с того света.

Не случайно в одной советской песне о людях в белых халатах есть такие слова: «Вечный подвиг, он вам по плечу!». Но сами врачи, оказавшись смертельно больными, не готовы пройти путь своих подопечных.

В Соединенных Штатах Америки все чаще можно увидеть на груди медика необычную наколку (медальон, кулон). Так почему врачи носят татуировки «Не реанимировать»?

Коллеги, молю вас!

Это предупреждение коллегам: в момент, когда носитель надписи окажется в критическом состоянии, не нужно, сломя голову, бросаться на помощь. Никаких систем, уколов, дефибрилляторов, массажа сердца. Как говорится, позвольте умереть спокойно.

Это относится не только к моменту «Ч», а является общим принципом мировосприятия. Медики считают: лучше провести свои последние дни, недели, месяцы в семье, среди родных и близких, чем в реанимации. Это их главное желание.

Они слишком хорошо осознают происходящее, чтобы разрешить всеми доступными современной медицине методами поддерживать жизнь, когда фактически ничего поделать невозможно. Кто-то не согласиться с таким подходом, скажет: нужно бороться до конца.

Но это осознанный выбор, не нуждающихся в «вариациях» на тему: «Почему врачи носят татуировки с посланием “Не реанимировать”»?

Искусственный запуск

Непрямой массаж сердца. Его делают, когда наступает клиническая смерть. «Мотор» пытаются запустить ритмичными надавливаниями на грудную клетку, в том месте, где она относительно подвижна.

При манипуляции он оказывается прижатым к позвоночнику, а затем отпущенным.

Движения повторяют ровно столько раз, сколько требуется, чтобы искусственно поддерживать движение крови в сосудах, в надежде, что орган начнет выполнять свою функцию самостоятельно.

Один из американских докторов медицины прокомментировал прецедент примерно так: «Медики категорически не хотят быть подвергнутыми непрямому массажу сердца в случае клинического исхода. Так же, как и курсам химиотерапии. Более того, они относятся к своему лечению без какой-либо инициативы. Никаких активных действий. Вот почему врачи носят татуировки «Не реанимировать».

Не надо волнений. Это лишнее

понимать, что таким подходом вредят самим себе. Ведь процедурные кабинеты находятся к ним ближе, чем к кому бы то ни было. Они знают схемы лечения, могут их грамотно применить. Но предпочитают уйти без суеты. Все это потому, что четко осознают: любое серьезное лечение не обходится без тяжелых потерь.

В итоге продолжают противостоять смерти, если речь идет о больных, но совершенно не противятся ей сами. «Многие знания – многие печали»? Они так не считают. Компетентность позволяет отнестись к ситуации спокойно. Зачем впадать в панику, излишне волноваться, объяснять удивленным зевакам, почему некоторые врачи носят татуировки «Не реанимировать». Это не их удел.

Старушку с косой можно отогнать

Рак занимает ведущие позиции в десятке болезней, приводящих к смерти. В последние годы он уверенно шагает по планете, поражая пожилых, молодых и даже детей.

Есть сведения, что в странах, где уровень дохода населения неизменно высок, по частоте печальных исходов он следует разу за сердечно-сосудистыми заболеваниями, такими как ишемическая болезнь сердца и инсульт. Беда может случится с каждым.

Вот почему врачи носят татуировки «Не реанимировать» (не откачивать).

Никто не спорит: на время отогнать «старушку с косой» иногда возможно. Курсы химотерапии направлены именно на это.

Но доктора знают о побочных эффектах «массированной лекарственной атаки» на болезнь: выпадают волосы, пациенты испытывают непередаваемую усталость и т.д.

Существует страх перед сеансом, который подавляют медикаментозно. Но большинство больных и не думают отказываться от лечения.

И лишь они… Почему врачи носят татуировки «Не реанимировать»? Доктор из Южной Калифорнии, рассуждения которого мы приводили выше, поведал и судьбе своего коллеги-ортопеда по имени Чарли.

Он лично обнаружил у себя в животе уплотнение. Диагностические манипуляции подтвердили рак поджелудочной железы.

Больному давали шанс от пяти до 15 процентов, что на фоне интенсивного, в том числе хирургического, лечения, он может протянуть лет пять.

Но Чарли поступил по-другому. Он отошел от медицинской практики, отказался от лечения и весь оставшийся период своего земного бытия посвятил супруге, детям, и умер, находясь в своем родном доме.

Больше раковой опухоли доктора бояться процедуры непрямого массажа сердца. Когда она производится интенсивно, (речь идет о жизни и смерти), то ребра пациента не выдерживают, ломаются, что приводит к инвалидности. –

На войне, как на войне

Возможно, это хорошо, что родные тех, чья жизнь висит на волоске, и ее нужно срочно спасать, не понимают до конца, что война за возобновление биения сердца не знает жалости: ее или выигрывают, или… Те, кто подвергся процедуре искусственного массажа сердца, зачастую все равно погибают (или остаются инвалидами 1-2 групп). Врач из Калифорнии вспомнил лишь одного пациента, который ушел из больницы «на своих двоих». Этот мужчина до пережитой клинической смерти был абсолютно здоровым.

Но родственники, хватаясь за соломинку, просят сделать все, только спасти любимого человека. Их можно понять. И врачи будут принимать меры. Они не отойдут от больного ни на шаг, пока не совершать своеобразный «полет в космос» во имя спасения ускользающей жизни. Но сами попросят коллег: «Лучше убейте меня, но не доводите до этого».

Границы разумного

Есть сведения, что так считают не только американские врачи.

Подобные умозрительные заключения характерны для большинства медицинских работников, кто хотя бы однажды сам оказался на грани жизни и смерти и разбирается в тонкостях реанимации.

Российский хирург Поварихина пояснила, почему врачи носят татуировки «Не реанимировать»? Существует не боязнь лечения, а страх того, что в пылу битвы за жизнь «перелечат».

Она называет подход отказа от попыток возврата в некоторой степени разумным. Но только в случае неизлечимых заболеваний и глубокого старческого возраста. При этом интенсивный подход не продлевает жизнь, но сильно снижает ее качество.

Она, как и американский коллега, считает: реанимировать пациента, у которого в диагнозе 4 стадия онкологии, – значит полностью отступить от границ разумного. Подобное запрещено из щадящих соображений. Доктор уверяет: если есть хоть один шанс из тысячи, ни один больной не откажется от жизни. Но врачи – особые люди.

Они тоже не жаждут своей смерти, однако четко осознают ее неизбежность. И предпочитают тихий уход. Думаем, теперь читателю понятно, почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать».

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5a5515ed7ddde88c7d93853e/5a7d9338c8901099b3e3c81f

Татуировка “НЕ РЕАНИМИРОВАТЬ”: право, этика и случаи из практики

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Нередко можно увидеть в соцсетях и непрофильных СМИ истории о людях, при жизни оформляющих отказ от реанимационных мероприятий. Как правило, это обусловлено хроническим заболеванием, приносящим страдания, и плохим прогнозом на выздоровление.

Татуировка — неплохой способ оповестить медицинский персонал о каких-либо важных моментах, связанных со здоровьем носителя, на тот случай, если он без сознания и рядом нет родственников.

Татуировки “не реанимировать” почему-то особенно привлекают журналистов и SMM-щиков, а уж стоит написать, что их наносят себе сплошь и рядом сами врачи, новости приобретают вирусный охват.

Уведомления о публикациях на нашем сайте и другие новости экстренной медицины — на телеграм-канале «Девятый вызов»

Имеет ли какое-то значение татуировка «не реанимировать» в России?
Правила отказа от реанимации определены законом:

Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ

Статья 66. Определение момента смерти человека и прекращения реанимационных мероприятий

7. Реанимационные мероприятия не проводятся:

1) при состоянии клинической смерти (остановке жизненно важных функций организма человека (кровообращения и дыхания) потенциально обратимого характера на фоне отсутствия признаков смерти мозга) на фоне прогрессирования достоверно установленных неизлечимых заболеваний или неизлечимых последствий острой травмы, несовместимых с жизнью;

2) при наличии признаков биологической смерти человека.

То же самое указано в постановлении Правительства Российской Федерации от 20.09.2012 г. № 950 «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека».

Татуировка не позволяет нам ДОСТОВЕРНО УСТАНОВИТЬ неизлечимые заболевания или последствия острой травмы, поэтому ориентиром при оказании медицинской помощи служить не может.

Мы помним, что “необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство…” (статья 20, пункт 1 того же закона). При этом там же,

9. Медицинское вмешательство без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя допускается:
1) если медицинское вмешательство необходимо по экстренным показаниям для устранения угрозы жизни человека и если его состояние не позволяет выразить свою волю…

В странах победившего пациент-ориентированного подхода татуировка “Do Not Resuscitate”, или сокращенно “DNR”, инициирует определенные действия врачей, о которых можно узнать из двух интересных клинических случаев.

Клинический случай № 1

Мы представляем случай оказания помощи человеку, чье опасение о тяжести прогноза для жизни заставило его сделать татуировку «Не реанимировать» на груди [1].

Парамедики привезли бессознательного 70-летнего мужчину с хронической обструктивной болезнью легких, сахарным диабетом и фибрилляцией предсердий в отделение экстренной медицинской помощи, где у него был выявлен повышенный уровень алкоголя в крови.

В отделении интенсивной терапии несколько часов спустя выявлена гипотония и метаболический ацидоз с высокой анионной разницей, рН 6,81. На передней поверхности груди у него была татуировка, которая гласила «Не реанимировать» и сопровождалась его предполагаемой подписью (см. Рисунок 1).

Поскольку пациент поступил без документов и родственников, отдел социальной работы был подключен для содействия в поиске членов его семьи. Все усилия по устранению обратимых причин угнетения сознания не привели к восстановлению ментального статуса, достаточного для обсуждения целей лечения.

Рисунок 1

Сначала мы решили игнорировать татуировку, ссылаясь на принцип отказа от необратимого пути в условиях недостаточных сведений.

Это решение ставило нас в противоречие с явным желанием пациента, достаточно сильным и определенным, чтобы нанести татуировку. В связи с этим была запрошена консультация по вопросам этики.

Пациент получал эмпирические антибиотики, внутривенную инфузионную терапию и вазопрессоры, проводилась дыхательная поддержка в режиме BiPAP.

Рассмотрев дело пациента, консультанты по этике посоветовали нам принять во внимание татуировку пациента “Не реанимировать”.

Они предположили, что было бы разумнее сделать вывод о том, что татуировка выражает подлинное предпочтение, и осторожность лечащего врача больше походит на соблюдение формальности и что закон не всегда достаточно гибок, чтобы обеспечить должное соблюдение интересов пациента. Были оформлены документы об отказе от реанимации.

Впоследствии отдел социальной работы получил копию отказа пациента от реанимации из Департамента здравоохранения Флориды, подпись на котором соответствовала татуировке. Состояние пациента ухудшалось всю ночь, и он умер, не подвергаясь сердечно-легочной реанимации.

Татуированный отказ от реанимации у этого пациента вызывал больше путаницы, чем ясности, учитывая опасения относительно ее законности и, вероятно, необоснованные убеждения, что подобные татуировки могут не отражать реальных желаний пациента и наносятся в период опьянения.

Мы с облегчением получили его письменный отказ от реанимации, памятуя о случае, когда татуировка DNR не отражала его реальные пожелания (см. Клинический случай № 2).

Данный отчет не направлен ни на поддержку, ни на отрицание использования татуировок в качестве средства волеизъявления об отказе от реанимации.

Клинический случай № 2

59-летний мужчина с сахарным диабетом, поражением периферических сосудов, гипертонической болезнью и дислипидемией был госпитализирован для ампутации нижней конечности ниже коленного сустава из-за хронических незаживающих ран.

[2] Физикальное обследование выявило татуировку «D.N.R.» на груди (см. Рисунок 2). Мы обсудили с пациентом объем реанимационных мероприятий, и он изъявил желание получить полноценное реанимационное пособие в случае остановки дыхания и кровообращения.

Однако он не хотел длительных попыток реанимации.

Рисунок 2

Когда его спросили, почему его татуировка противоречит его истинному желанию получить полноценную помощь, он объяснил, что он проиграл ставку, играя в покер с в состоянии алкогольного опьянения в молодые годы; проигравший должен был татуировать «D.N.R.» на груди.

Впоследствии согласие на реанимацию было задокументировано соответствующим образом в его медицинской карте с дальнейшим объяснением его пожеланий. Несмотря на свои сопутствующие заболевания, он был относительно активен в своей повседневной жизни и, его состояние оставалось стабильным во время своего пребывания в больнице.

Мы спросили пациента, не желает ли он удалить татуировку, чтобы избежать путаницы в будущем. Он заявил, что не думал, что кто-то серьезно воспримет его татуировку, и отказался от ее удаления.

Источники:

Источник: http://9thcall.ru/2017/12/13/dnr-tattoo/

Почему Врачи Делают Себе Татуировки «Не Откачивать, Не Реанимировать»? – Экстремально – медиаплатформа МирТесен

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Доктор медицины из Южной Калифорнии Кен Мюррей рассказал, почему многие врачи носят татуировки и кулоны с надписью «Не откачивать», и почему они предпочитают умирать от рака дома.

— Много лет назад, Чарли, уважаемый врач-ортопед и мой наставник, обнаружил у себя в животе какой-то комок. Ему сделали диагностическую операцию. Подтвердился рак поджелудочной железы.

Диагностику проводил один из лучших хирургов страны. Он предложил Чарли лечение и операцию, позволявшую утроить срок жизни с таким диагнозом, хотя качество жизни при этом было бы низким.

Чарли это предложение не заинтересовало. Он выписался из больницы на следующий день, закрыл свою врачебную практику и больше ни разу не пришел в госпиталь. Вместо этого он посвятил все свое оставшееся время семье. Его самочувствие было хорошим, насколько это возможно при диагнозе рак. Чарли не лечился химиотерапией, ни радиацией. Спустя несколько месяцев он умер дома.

Эту тему редко обсуждают, но врачи тоже умирают. И они умирают не так, как другие люди. Поразительно, насколько редко врачи обращаются за медицинской помощью, когда дело близится к концу.

Врачи борются со смертью, когда дело идет об их пациентах, но очень спокойно относятся к собственной смерти. Они точно знают, что произойдет. Они знают, какие варианты у них есть.

Они могут себе позволить любой вид лечения. Но они уходят тихо.

Естественно, врачи не хотят умирать. Они хотят жить. Но они достаточно знают о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей. Они также достаточно знают о смерти, чтобы понимать, чего больше всего боятся люди — смерти в мучениях и в одиночестве.

Врачи говорят об этом со своими семьями. Врачи хотят быть уверены, что когда придет их час, никто не будет героически спасать их от смерти, ломая ребра в попытке оживить непрямым массажем сердца (а это именно то, что происходит, когда массаж делают правильно).

Практически все медработники хотя бы раз были свидетелями «тщетного лечения», когда не было никакой вероятности, что смертельно больному пациенту станет лучше от самых последних достижений медицины.

Но пациенту вспарывают живот, навтыкивают в него трубок, подключают к аппаратам и отравляют лекарствами. Именно это происходит в реанимации и стоит десятки тысяч долларов в сутки.

За эти деньги люди покупают страдания, которые мы не причиним даже террористам.

Врачи не хотят умирать. Они хотят жить. Но они достаточно знают о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей.

Я сбился со счета, сколько раз мои коллеги говорили мне примерно следующее: “Пообещай мне, что если ты увидишь меня в таком состоянии, ты не будешь ничего делать ”. Они говорят это на полном серьезе. Некоторые медики носят кулоны с надписью “Не откачивать”, чтобы врачи не делали им непрямой массаж сердца. Я даже видел одного человека, который сделал себе такую татуировку.

Лечить людей, причиняя им страдания, мучительно. Врачей обучают не показывать свои чувства, но между собой они обсуждают то, что переживают. “Как люди могут так истязать своих родных?”, — вопрос, который преследует многих врачей.

Я подозреваю, что вынужденное причинение страданий пациентам по желанию семей — одна из причин высокого процента алкоголизма и депрессии среди медработников по сравнению с другими профессиями.

Для меня лично это была одна из причин, по которой последние десять лет я не практикую в стационаре.

Доктор, сделайте все

Что случилось? Почему врачи прописывают лечение, которое они бы никогда не прописали сами себе? Ответ, простой или не очень, — пациенты, врачи и система медицины в целом.

ПАЦИЕНТУ ВСПАРЫВАЮТ ЖИВОТ, НАВТЫКИВАЮТ В НЕГО ТРУБОК И ОТРАВЛЯЮТ ЛЕКАРСТВАМИ. ИМЕННО ЭТО ПРОИСХОДИТ В РЕАНИМАЦИИ И СТОИТ ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ В СУТКИ. ЗА ЭТИ ДЕНЬГИ ЛЮДИ ПОКУПАЮТ СТРАДАНИЯ

Представьте такую ситуацию: человек потерял сознание, и его привезли по скорой в больницу. Никто не предвидел этого сценария, поэтому заранее не было оговорено, что делать в подобном случае. Эта ситуация типична. Родственники напуганы, потрясены и путаются в многообразных вариантах лечения. Голова идет кругом.

Когда врачи спрашивают “Хотите ли вы, чтобы мы “сделали все”?”, — родные говорят “да”. И начинается ад. Иногда семья на самом деле хочет “сделать все”, но чаще всего родные просто хотят, чтобы было сделано все в разумных пределах.

Проблема заключается в том, что обыватели часто не знают — что разумно, а что нет. Запутавшиеся и скорбящие, они могут и не спросить или не услышать, что говорит врач.

Но врачи, которым велено “сделать все”, будут делать все, не рассуждая, разумно это, или нет.

Такие ситуации случаются сплошь и рядом. Дело усугубляется подчас совершенно нереалистичными ожиданиями о “могуществе” врачей. Многие думают, что искусственный массаж сердца — беспроигрышный способ реанимации, хотя большинство людей все равно умирают или же выживают глубокими инвалидами (если поражается мозг).

Я принял сотни пациентов, которых привозили ко мне в больницу после реанимации искусственным массажем сердца. Лишь один из них, здоровый мужчина со здоровым сердцем, вышел из больницы на своих двоих.

Если пациент серьезно болен, стар, у него смертельный диагноз, вероятности хорошего исхода реанимации почти не существует, при этом вероятность страданий — почти 100%.

Нехватка знаний и нереалистичные ожидания приводят к плохим решениям о лечении.

Конечно же, не только родственники пациентов виноваты в сложившейся ситуации. Сами врачи делают бесполезное лечение возможным. Проблема заключается в том, что даже врачи, которые ненавидят тщетное лечение, вынуждены удовлетворять желания пациентов и их родственников.

ВЫНУЖДЕННОЕ ПРИЧИНЕНИЕ СТРАДАНИЙ ПАЦИЕНТАМ ПО ЖЕЛАНИЮ СЕМЕЙ — ОДНА ИЗ ПРИЧИН ВЫСОКОГО ПРОЦЕНТА АЛКОГОЛИЗМА И ДЕПРЕССИИ СРЕДИ МЕДРАБОТНИКОВ ПО СРАВНЕНИЮ С ДРУГИМИ ПРОФЕССИЯМИ

Представьте: родственники привезли пожилого человека с неблагоприятным прогнозом в больницу, рыдают и бьются в истерике. Они впервые видят врача, который будет лечить их близкого. Для них он — таинственный незнакомец.

В таких условиях крайне сложно наладить доверительные отношения.

И если врач начинает обсуждать вопрос о реанимации, люди склонны заподозрить его в нежелании возиться со сложным случаем, экономии денег или своего времени, особенно если врач не советует продолжать реанимацию.

Не все врачи умеют разговаривать с пациентами на понятном языке. Кто-то очень категоричен, кто-то грешит снобизмом. Но все врачи сталкиваются с похожими проблемами. Когда мне нужно было объяснять родственникам больного о различных вариантах лечения перед смертью, я как можно раньше рассказал им только о тех возможностях, которые были разумны в данных обстоятельствах.

Если родные предлагали нереалистичные варианты, я простым языком доносил до них все отрицательные последствия такого лечения. Если семья все же настаивала на лечении, которое я считал бессмысленным и вредным, я предлагал перевести их в ведение другого врача или другую больницу.

Врачи отказываются не от лечения, а от перелечивания

Нужно ли мне было быть более настойчивым, убеждая родственников не лечить смертельно больных пациентов? Некоторые из случаев, когда я отказался лечить пациента и передал их другим врачам, до сих пор преследуют меня.

Одна из моих любимых пациенток была юристом из знаменитого политического клана. У нее была тяжелая форма диабета и ужасное кровообращение. На ноге — болезненная рана. Я пытался сделать все, чтобы избежать госпитализации и операции, понимая, насколько опасны больницы и хирургическое вмешательство для нее.

Она все же пошла к другому врачу, которого я не знал. Тот врач почти не знал историю болезни этой женщины, поэтому он решил прооперировать ее — шунтировать тробмозные сосуды на обеих ногах.

Операция не помогла восстановить кровоток, а послеоперационные раны не заживали. На ступнях пошла гангрена, и женщине ампутировали обе ноги.

Две неделе спустя она умерла в знаменитой больнице, где ее полечили.

И врачи, и пациенты часто становятся жертвами системы, которая поощряет чрезмерное лечение.

Врачи в некоторых случаях получают плату за каждую процедуру, которую они делают, поэтому они делают все, что можно, невзирая на то, поможет процедура, или навредит, — просто с целью заработать.

Намного чаще все же врачи боятся, что семья пациента подаст в суд, поэтому делают все, что просит семья, не выражая своего мнения родным пациента, чтобы не было проблем.

И ВРАЧИ, И ПАЦИЕНТЫ ЧАСТО СТАНОВЯТСЯ ЖЕРТВАМИ СИСТЕМЫ, ПООЩРЯЮЩЕЙ ЧРЕЗМЕРНОЕ ЛЕЧЕНИЕ. ВРАЧИ ПОРОЙ ПОЛУЧАЮТ ПЛАТУ ЗА КАЖДУЮ ПРОЦЕДУРУ, КОТОРУЮ ОНИ ДЕЛАЮТ, ПОЭТОМУ ОНИ ДЕЛАЮТ ВСЕ, ЧТО МОЖНО, НЕВЗИРАЯ НА ТО, ПОМОЖЕТ ПРОЦЕДУРА, ИЛИ НАВРЕДИТ

Система может сожрать пациента, даже если он заранее подготовился и подписал нужные бумаги, где высказал свои предпочтения о лечении перед смертью. Один из моих пациентов, Джек, болел в течение многих лет и пережил 15 серьезных операций. Ему было 78. После всех перипетий Джек совершенно однозначно заявил мне, что никогда, ни при каких обстоятельствах не хочет оказаться на ИВЛ.

И вот однажды у Джека случился инсульт. Его доставили в больницу без сознания. Жены не было рядом. Врачи сделали все возможное, чтобы его откачать, и перевели в реанимацию, где подключили к ИВЛ.

Джек боялся этого больше всего в жизни! Когда я добрался до больницы, то обсудил пожелания Джека с персоналом и его женой. На основании документов, составленных с участием Джека и им подписанных, я смог отключить его от аппаратуры, поддерживающей жизнь.

Потом я просто сел и сидел с ним. Через два часа он умер.

Несмотря на то, что Джек составил все нужные документы, он все равно умер не так, как хотел. Система вмешалась. Более того, как я узнал позже, одна из медсестер накляузничала на меня за то, что я отключил Джека от аппаратов, а значит — совершил убийство. Но так как Джек заранее прописал все свои пожелания, мне ничего не было.

ЛЮДИ, ЗА КОТОРЫМИ УХАЖИВАЕТ ХОСПИС, ЖИВУТ ДОЛЬШЕ, ЧЕМ ЛЮДИ С ТАКИМИ ЖЕ БОЛЕЗНЯМИ, КОТОРЫХ ЛЕЧАТ В БОЛЬНИЦЕ

И все же угроза полицейского расследования вселяет ужас в любого врача. Мне было бы легче оставить Джека в больнице на аппаратуре, что явно противоречило его желанию. Я бы даже заработал побольше деньжат, а страховая компания «Медикер» получила бы счет на дополнительные $500,000. Неудивительно, что врачи склонны перелечивать.

Но себя врачи все же не перелечивают. Они ежедневно видят последствия перелечивания. Почти каждый человек может найти способ мирно умереть дома. У нас есть множество возможностей облегчить боль. Хосписный уход помогает смертельно больным людям провести последние дни жизни комфортно и достойно, вместо того, чтобы страдать от напрасного лечения.

Поразительно, что люди, за которыми ухаживает хоспис, живут дольше, чем люди с такими же болезнями, которых лечат в больнице. Я был приятно удивлен, когда услышал по радио, что известный журналист Том Викер “умер мирно дома в окружении семьи”. Такие случаи, слава Богу, встречаются все чаще.

Несколько лет назад у моего старшего двоюродного брата Торча (torch — фонарь, горелка; Торч родился дома при свете горелки) случилась судорога. Как выяснилось, у него был рак легких с метастазами в мозг.

Я поговорил с разными врачами, и мы узнали, что при агрессивном лечении, что означало три-пять визитов в больницу для химиотерапии, он проживет около четырех месяцев.

Торч решил не лечиться, переехал жить ко мне и только принимал таблетки от отека мозга.

Следующие восемь месяцев мы жили в свое удовольствие, прямо как в детстве. Впервые в жизни съездили в Диснейленд. Сидели дома, смотрели спортивные передачи и ели то, что я готовил. Торч даже поправился на домашних харчах. Его не мучили боли, а расположение духа было боевым. Однажды он не проснулся. Три дня он спал в коме, а потом умер.

Торч не был врачом, но он знал, что хотел жить, а не существовать. Не все ли мы хотим этого же? Что касается меня лично, то мой врач оповещен о моих пожеланиях. Я тихо уйду в ночь. Как мой наставник Чарли. Как мой двоюродный брат Торч. Как мои коллеги врачи.

Источник

Источник: https://extremal.mirtesen.ru/blog/43785815083/prev

Почему некоторые врачи делают себе татуировки «не откачивать, не реанимировать»

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»
Оригинал взят у evgenij565 в Почему некоторые врачи делают себе татуировки «не откачивать, не реанимировать».

Врачи не хотят умирать. Они хотят жить. Но они достаточно знают о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей.

Доктор медицины из Южной Калифорнии Кен Мюррей рассказал, почему многие врачи носят татуировки и кулоны с надписью «Не откачивать», и почему они предпочитают умирать от рака дома.

Уходим тихо

— Много лет назад, Чарли, уважаемый врач-ортопед и мой наставник, обнаружил у себя в животе какой-то комок. Ему сделали диагностическую операцию. Подтвердился рак поджелудочной железы.

Диагностику проводил один из лучших хирургов страны. Он предложил Чарли лечение и операцию, позволявшую утроить срок жизни с таким диагнозом, хотя качество жизни при этом было бы низким.

Чарли это предложение не заинтересовало. Он выписался из больницы на следующий день, закрыл свою врачебную практику и больше ни разу не пришел в госпиталь. Вместо этого он посвятил все свое оставшееся время семье. Его самочувствие было хорошим, насколько это возможно при диагнозе рак. Чарли не лечился химиотерапией, ни радиацией. Спустя несколько месяцев он умер дома.

Эту тему редко обсуждают, но врачи тоже умирают. И они умирают не так, как другие люди. Поразительно, насколько редко врачи обращаются за медицинской помощью, когда дело близится к концу.

Врачи борются со смертью, когда дело идет об их пациентах, но очень спокойно относятся к собственной смерти. Они точно знают, что произойдет. Они знают, какие варианты у них есть.

Они могут себе позволить любой вид лечения. Но они уходят тихо.

Естественно, врачи не хотят умирать. Они хотят жить. Но они достаточно знают о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей. Они также достаточно знают о смерти, чтобы понимать, чего больше всего боятся люди — смерти в мучениях и в одиночестве.

Врачи говорят об этом со своими семьями. Врачи хотят быть уверены, что когда придет их час, никто не будет героически спасать их от смерти, ломая ребра в попытке оживить непрямым массажем сердца (а это именно то, что происходит, когда массаж делают правильно).

Практически все медработники хотя бы раз были свидетелями «тщетного лечения», когда не было никакой вероятности, что смертельно больному пациенту станет лучше от самых последних достижений медицины.

Но пациенту вспарывают живот, навтыкивают в него трубок, подключают к аппаратам и отравляют лекарствами. Именно это происходит в реанимации и стоит десятки тысяч долларов в сутки.

За эти деньги люди покупают страдания, которые мы не причиним даже террористам.

Врачи не хотят умирать. Они хотят жить. Но они достаточно знают о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей.

Я сбился со счета, сколько раз мои коллеги говорили мне примерно следующее: “Пообещай мне, что если ты увидишь меня в таком состоянии, ты не будешь ничего делать ”. Они говорят это на полном серьезе. Некоторые медики носят кулоны с надписью “Не откачивать”, чтобы врачи не делали им непрямой массаж сердца. Я даже видел одного человека, который сделал себе такую татуировку.

Лечить людей, причиняя им страдания, мучительно. Врачей обучают не показывать свои чувства, но между собой они обсуждают то, что переживают. “Как люди могут так истязать своих родных?”, — вопрос, который преследует многих врачей.

Я подозреваю, что вынужденное причинение страданий пациентам по желанию семей — одна из причин высокого процента алкоголизма и депрессии среди медработников по сравнению с другими профессиями.

Для меня лично это была одна из причин, по которой последние десять лет я не практикую в стационаре.

Почему врачи делают татуировки «Не реанимировать»?

Не реанимировать татуировка у врачей. Почему многие врачи носят татуировки «Не реанимировать»

Доктор медицины из Южной Калифорнии Кен Мюррей рассказал, почему многие врачи носят татуировки или кулоны с надписью «Не реанимировать», и почему они предпочитают умирать дома.

Много лет назад, Чарли, уважаемый врач-ортопед и мой наставник, обнаружил у себя в животе какой-то комок. Ему сделали диагностическую операцию. Диагноз — рак поджелудочной железы. Операцию делал один из лучших хирургов страны.

Он даже разработал операцию, которая утраивала вероятность прожить пять лет после постановки диагноза именно этого вида рака с 5 до 15 %, хотя качество жизни при этом было бы очень низким. Чарли был совершенно не заинтересован в операции.

Он выписался из больницы на следующий день, закрыл свою врачебную практику и больше ни разу не ступил ногой в больницу. Вместо этого он посвятил все свое оставшееся время семье. Его самочувствие было хорошим, насколько это возможно при диагнозе рак.

Спустя несколько месяцев он умер дома. Чарли не лечился химиотерапией, не облучался радиацией и не делал операций.

Эту тему редко обсуждают, но врачи тоже умирают

И они умирают не так, как другие люди. Врачи борются со смертью, когда дело идет об их пациентах, при этом у них самих очень спокойное отношение к собственной смерти. Они точно знают, что произойдет. Они знают какие варианты у них есть. Они могут себе позволить любой вид лечения. Но они уходят тихо.

Естественно, врачи не хотят умирать. Они хотят жить. В то же время, они знают достаточно о современной медицине, чтобы понимать границы возможностей науки. Они так же знают достаточно о смерти, чтобы понимать, чего больше всего боятся все люди — смерть в мучениях и смерть в одиночестве. Они говорят об этом со своими семьями.

Врачи хотят быть уверены, что когда придет их час, никто не будет героически спасать их от смерти, ломая ребра в попытки оживить их непрямым массажем сердца (а это именно то, что происходит, когда это делают правильно).

Практически все медработники хотя бы раз были свидетелями “тщетного лечения”, когда не было никакой вероятности, что смертельно больному пациенту станет лучше от лечения самыми последними достижениями медицины. Пациенту вспорют живот, навтыкают в него трубок, подключат к аппаратам и отравят лекарствами. Именно это происходит в реанимации и стоит десятки тысяч долларов в сутки.

За эти деньги люди покупают страдания, которые мы не причиним даже террористам.

Я сбился со счета сколько раз мои коллеги говорили мне примерно следующее: “Пообещай мне, что если ты увидишь меня в таком состоянии, ты меня убьешь”. Они говорят это на полном серьезе.

Некоторые медики носят кулоны с надписью “Не откачивать”, чтобы врачи не делали им непрямой массаж сердца. Я даже видел одного человека, который сделал себе такую татуировку.

Даже если человек заранее подготовился и подписал нужные бумаги, где высказал свои предпочтения о лечении перед смертью, система все равно может сожрать пациента.

Одного из моих пациентов звали Джек. Джеку было 78 лет, он болел в течение многих лет и пережил 15 серьезных операций. После всех перипетий Джек совершенно уверенно предупредил меня, что никогда ни при каких обстоятельствах он не хочет оказаться на аппаратах искусственного дыхания.

И вот, однажды в субботу, у Джека случился инсульт. Его доставили в больницу в бессознательном состоянии. Жены Джека не было с ним. Врачи сделали все возможное, чтобы его откачать, и перевели в реанимацию, где подключили к аппарату искусственного дыхания.

Джек боялся этого больше всего в жизни!

Когда я добрался до больницы, я обсудил пожелания Джека с персоналом и его женой. На основании моих документов, составленных с участием Джека, я смог отключить его от аппаратуры, поддерживающей жизнь. Потом я просто сел и сидел с ним. Через два часа он умер.

Несмотря на то, что Джек составил все нужные документы, он все равно умер не так, как хотел. Система вмешалась. Более того, как я узнал позже, одна из медсестер накляузничала на меня за то, что я отключил Джека от аппаратов, а значит совершил убийство.

Мне было бы легче оставить Джека в больнице на аппаратуре, что было явно против его желания, продлевая его жизнь и страдания еще на несколько недель. Я бы даже заработал побольше деньжат, а страховая компания получила бы счет на дополнительные $500,000.

Неудивительно, что врачи склонны перелечивать…

Несколько лет назад у моего старшего двоюродного брата Торча случилась судорога. Как оказалось в последствии, у него был рак легких с метастазами в мозг.

Я договорился с разными врачами, и мы узнали, что при агрессивном лечении его состояния, что означает три-пять визитов в больницу для химиотерапии, он проживет около четырех месяцев.

Торч решил не лечиться, переехал жить ко мне и только принимал таблетки от набухания мозга.

Следующие восемь месяцев мы жили в свое удовольствие, прямо как в детстве. Впервые в жизни съездили в Диснейленд. Сидели дома, смотрели спортивные передачи и ели то, что я готовил. Торч даже поправился на домашних харчах, а не больничной еде.

Его не мучали боли, а расположение духа было боевым. Однажды он не проснулся. Три дня он спал как в коме, а потом умер. Стоимость медицинского ухода в течение восьми месяцев — около 20 долларов, это стоимость таблеток, которые он принимал.

Торч не был врачом, но он знал, что хотел жить, а не существовать. Не все ли мы хотим этого же? Если и существует супер уход за умирающими, то это достойная смерть. Что касается меня лично, то мой врач оповещен о моих пожеланиях. Никакого героизма. Я тихо уйду в ночь. Как мой наставник Чарли. Как мой двоюродный брат Торч. Как мои коллеги врачи.

Источник: https://44030.kz/pochemu-vrachi-delayut-tatuirovki-ne-reanimirovat/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.